0 просмотров
Рейтинг статьи
1 звезда2 звезды3 звезды4 звезды5 звезд
Загрузка...

Старпом. Юмористическая история о потерянной шапке

Старпом. Юмористическая история о потерянной шапке

Нижеописываемые события имели место на Черноморском флоте. Я уже писал, что конец 90-х был для него очень трудным временем. Как распевали свободные от вахты остряки:

Денег нет-нет-нет.
И монет нет-нет.
И кларнет нет-нет
Не звучит.

Да, денег действительно не было. Но флот их изыскивал. Где угодно и как угодно.

По напряжённости и драматичности эта эпопея, пожалуй, не уступала двум оборонам Севастополя вместе взятым. В очередной раз позабытый правительством, флот бился сам за себя. В одиночку. И, что-таки удивительно, побеждал.

Поставленную ещё в далёком 1990-м для частичной модернизации на стапеля Николаевского завода, «Славу» смогли ввести в строй только в 1999-м. Это было настоящее чудо, что гвардейский ракетный крейсер так и не «ушёл на патефонные иголки». Чудо состоялось благодаря упрямству экипажа и. спонсированию из закромов московской мэрии. Включая личный кошелёк г-на Лужкова. Столичного мэра потом на крейсера так и называли «наш Лужок-Спаситель».

Долг на Руси, как известно, платежом красен. Потому флагман Черноморского флота без особых моральных терзаний переименовали из «Славы» в «Москву». После чего стали на нём дальше жить-поживать и добра наживать. Последнее, благодаря непрерывной «шефской помощи» из Москвы, приняло вполне упорядоченный и неиссякаемый характер.

Похожая история произошла с подлодкой Б-871, которую с сентября 1997-го взялась «подкармливать» акционерная компания «АЛРОСА». Для тех, кто не в курсе, поясню, что название данной скромной богадельни расшифровывается как «Алмазы России». Итог гешефта вполне закономерен — Б-871 перелицовали в «Алросу».

Кстати, старое морское поверье о том, что сменивший имя корабль обречён на неприятности, в отношении «Алросы» (тьфу-тьфу-тьфу) сработало прямо в обратную сторону. Лодка не просто осталась в строю, но и умудрилась пять раз завоевать Приз Главнокомандующего ВМФ по торпедной стрельбе. Во как!

Шло время и ЧФ как-то незаметно сам для себя стал всё активнее «подниматься с колен».

Было приросшие к причалам, корабли стали всё чаще и чаще выматываться из гавани. Смотришь, то БДКашки наших миротворцев в Салоники оттарабанят, то «Москва» с «Азовом» торопятся в Средиземку нашим флагом помахать. Мол, не спешите нас хоронить! Мол, у нас ещё здесь дела.

Короче, какая-то движуха была налицо. Но в плане реального повышения боеспособности флота одиночная беготня туда-сюда почти ничего не давала. Комфлота Масорин понимал это как никто. Почему и вис с упрямством бульдога на брючинах министра обороны, вытрясая средства на групповой дальний поход.

На этом заканчиваю вступление и перехожу непосредственно к сути.

В начале апреля 2003 года флот впервые чёрт знает с каких времён снимался с бочек для броска аж в Индийский океан. В дальний поход уходили без особой помпы. Шли не в гости. Шли на работу.

Первыми Босфор 10 апреля миновали танкер «Бубнов», буксир «Шахтёр» и БДК «Цезарь Куников» с усиленной ротой морпехов на борту. Не обошлось без приключений.

Перед самым мостом Ататюрка из-под восточного берега выскочил турецкий патрульный катер и по УКВ потребовал от нашего большого десантного корабля застопорить ход. Чтобы принять на борт осмотровую группу.

— Совсем нюх потеряли! — не выдержал командир «Куникова» кап-два Сергей Синкин. И приказал следовать прежним курсом.

Катер забежал вперёд. Продолжая назойливо требовать от БДК застопить ход, замер, загораживая собой путь к Дарданеллам.
— Он нам ещё и борт подставляет, гад.. — желчно обронил Синкин. И сыграл боевую тревогу.

Миг — и экипаж разбежался по боевым постам. На палубе залегли морпехи с оружием. 57-мм АКашка весело подмигнула потомкам янычаров своими спаренными стволами.

Новый приказ с катера лечь в дрейф прозвучал уже как-то неуверенно. БДК в ответ отсигналил «Не мешайте моим действиям». Расстояние между высоченным носом «Куникова» и низеньким планширем патрульника неуклонно сокращалось. Наконец, когда до неумолимо надвигающейся 4000-тонной туши русского десантника оставалось меньше полукабельтова, турки врубили полный ход и, не попрощавшись, унеслись к Босфору.

Сутки спустя Мраморное море проходила «Москва» с СКРами «Сметливый» и «Пытливый». Крейсер и сторожевики досматривать уже никто не пытался.

Зато стоило отряду покинуть турецкие терводы, как на пересечку курса идущего головным крейсера бросился невесть как забредший в восточное Средиземноморье португальский фрегат «Васко да Гама». И засигналил, и засигналил.

— Чего он там? — поинтересовался командир «Москвы» каперанг Щербицкий.

Поинтересовался шёпотом, чтобы не разбудить перенервничавшего за время прохода проливов, а теперь со смаком храпевшего в командирском кресле контр-адмирала Евгения Орлова.

— Запрашивает чего-то. — ответили сигнальщики.
— «Чего-то», это чего? — кэп начал медленно закипать.
— Никак не разберём, тащ командир.
— Драл я вас мало, — прошипел каперанг, тоскливо шаря глазами по мостику в поисках с кем бы посоветоваться.

Будить замкомандующего флотом не хотелось до смерти. Щербицкий потеребил себя за нос и придумал:
— Переводчика на мостик.
— Есть переводчика на мостик!

Щербицкий с опаской посмотрел на завозившегося в кресле и зачмокавшего губами контр-адмирала:
— Да тише вы, ироды.
— Есть тише!
— Блин.
— Есть!

Капраз как раз собрался кратко, но ёмко выразить свою мысль о непонятливости подчинённых, когда с воплем «Прошу разрешения подняться на мостик!» нарисовался переводчик.
— А? Чего. — вскинулся в кресле замкомфлота.

Читать еще:  16 способов саботировать работу по методике ЦРУ

Кэп в немой муке вздел очи к подволоку и стиснул зубы.

Через пару минут с помощью переводчика разобрали-таки запрос португальца.

«Что за груз у вас на борту?» — вслух повторил Орлов. Тупо посмотрел на Щербицкого: — Они там что? Совсем охренели?!

Поскольку вопрос был явно из разряда риторических, ответа контр-адмирал не дождался. Впрочем, он на него и не рассчитывал. Отоспавшийся замкомфлота почувствовал внезапный прилив адреналина и острое желание насмерть постоять за честь родного флага.

— Вот уроды, а? — контр-адмирал не глядя протянул руку, в которую тут же вложили бинокль.

Придирчиво изучив силуэт по-прежнему маячившего впереди португальца, Орлов от вопросов перешёл к утверждениям:
— Точно — уроды. . Дожили. Докатились. Не успеешь в море выйти — к тебе уже лезет всякая мелюзга. Прямо в карман. Хорошо хоть — не сразу в трусы!
— Так точно, — счёл нужным поддакнуть капитан первого ранга, чем сразу вызвал со стороны контр-адмирала самое пристальное внимание к своей персоне.
— Ну, Александр Владимирыч, чего отвечать будем супостату?
— Ээээ. Товарищ контр-адмирал, фрегат у португальцев новенький, команда — тоже. Могли и напутать. Разрешите поднять «Зулу»-«Лиму»?
— Добро.

«Москва» — «Да Гаме»: «Ваш сигнал принят, но не понят».

Теперь задумались уже на фрегате. Однако, спустя пять минут повторили свой первоначальный запрос.

На крейсере продублировали свой ответ: «Ваш сигнал принят, но не понят».

Через минуту всё та же «Да Гама» — всё той же «Москве»: «Что за груз у вас на борту?»

— Ну, это уже хамство! — бушевал на крейсере Орлов. Да что они там о себе возомнили, колумбы херовы?! Да я их. Сигнал на фрегат: «Пошли на куй!»
— Товарищ контр-адмирал, разрешите обратиться? — ожил переводчик, разом взопревший от мысли о возможных последствиях орловской эскапады.
— Ну? — недовольно буркнул замкомфлота.

Сам удивляясь своей решительности и красноречию, переводчик (всего-то — старлей!) в изумительно обтекаемых выражениях начал объяснять контр-адмиралу, что так дела не делаются. Что нахамить иностранцу любой дурак может. А вот аргументированно настоять на своей правоте может далеко не каждый. Что культурнее тут, за границей, надо. Культурней.

— Культурней? — кхм. — контр-адмирал набычился как мальчишка, который после драки оправдывается «а чё он первый начал?» — Культурней, говоришь? Ну, раз культурней. Вот ты, старший лейтенант, раз такой умный, ответь: о чём говорят культурные люди, когда им лялякать не о чём, но обидеть друг-друга не хочется?
— О погоде. — ляпнул первое пришедшее в голову переводчик.
— Отлично. — едко ухмыльнулся замкомфлота. — Александр Владимирыч, запрос на фрегат: «Какая погода в Португалии?»
— А если откажутся отвечать.
— Тогда сразу — «На куй!»

Португальцы от вопроса явно выпали в осадок не меньший, чем Орлов от их запроса про груз «Москвы». Минут тридцать «колумбы херовы» напряжённо консультировались по спутниковой связи с Лиссабоном. За это время отряд кораблей Черноморского флота успел оставить «Васко да Гаму» далеко за кормой. Наконец через пол часа португальцы вышли на связь с русским флагманом и сообщили: «Средняя температура по стране — плюс 16 по Цельсию.»
— Что ответить, товарищ контр-адмирал?
— «Так держать!»

Больше португальцы на связь не выходили.

А Евгений Орлов по итогам похода в том же году был произведён в вице-адмиралы.
__________________________________________________________________________________________________________________________________________________________

Славный 2006-й год. Лето. У берегов датского Борнхольма шли учения BALTOPS. Сурово шли.

Во главе международной армады из 20 надводно-подводных пароходов торчал на мостике янковского крейсера УРО контр-адмирал Джозеф Килкенни. Взгляд — молния. Походка летящая. Пальцы скрючены. Не человек — орёл!

Он даже не приказывал, он цедил сквозь зубы: «Сделайте ЭТО. «

И — гримаса на лице, словно вот-вот сплюнет.

Англичане, французы, датчане, немцы, шведы, не говоря уж о всяких поляках и латвийцах, вокруг американского крейсера даже не ходили, а на цирлах так и носились. Так и носились!

Едва бортами не трескались.

И вот среди всей этой военно-морской кучи-малы имел место быть наш СКР «Неустрашимый». На приказы американского командующего российский сторожевик реагировал солидно. Подчёркнуто неторопливо.

— Цену себе набивает. — понимающе пояснил своим Килкенни.

Тут янки явно дал маху. Фокус был в другом.

Т.е., конечно, да. На «Неустрашимом» цену себе ого-го как знали. Но вот с разговорным английским, которым по «уоки-токи» дублировались распоряжения иностранного командования, знаний было несколько меньше. Поэтому иваны и «притормаживали на поворотах», с матом листая американо-русские разговорники.

Учения, меж тем, шли своим чередом. Рокотала в небе авиация, булькали в глубинах польская и немецкая подлодки, вспарывали волны форштевни кораблей.

Наконец Килкенни отдал приказ о задержании и досмотре условных нарушителей — американского танкера и немецкого транспорта. Вся армада с англо-франко-датско-немецко-шведско-польско-латвийском кличем «ату их, ату!» бросилась наперехват.

Последним приказ отрепетовал разумеется «Неустрашимый».

— Стыдно. Опять опоздаем. — печально бросил командир сторожевика кап-два Игорь Смирнов.
— Спокойствие. Только спокойствие. — загадочно ответил ему старший на походе капраз Вова Соколов. — Есть у меня одна весёлая идея.

Благодаря ей-то русские всех и напарили.

Читать еще:  7 самых смертоносных в мире отрядов спецназа

Пока вся международная братия форсируя машины старалась догнать уходящие из квадрата «суда-нарушители», иваны запихнули осмотровую партию морпехов в Ка-27.

Минута и вертолёт ушёл в небо.

Вообще-то такой ход не был предусмотрен учениями. О чём русским немедленно и сообщили с янковского крейсера. Мол, «условно в связи с плохими погодными условиями задействование авиации невозможно».
— Так то ж условно. — захохотал Вова Соколов. — Пусть американцы не парятся. У меня вертолёт — всепогодный! Так и передайте.

Так и передали. На крейсере обсыпались и заткнулись.

Тем временем русский хеликоптер прострекотал над британцами и Ко. Догнал «нарушителей» и завис над кормовой надстройкой убегающего американского танкера.

— С вертолёта по радио пытаются передать приказ танкеру срочно остановиться для досмотра. Господи, русские так коверкают английский. Танкер на приказ не реагирует. — доложили контр-адмиралу.

Килкенни злорадно усмехнулся:
— Ну? И что иваны будут делать теперь?

И действительно — что?

Из распахнутого люка вертолёта вниз упал трос. По нему с лихой присказкой «ебааать» в страховочной обвязке съехал мамонтоподобный прапор-морпех в оранжевом спас-жилете и с ПКМом. Застопил движение точно напротив остекления рубки. И, наведя одной рукой на окаменевшего рулевого тяжеленный пулемёт, на чистом русском спросил: «КУДА ПРЁШЬ, СВОЛОЧЬ. «

Шкипер-американец сразу всё понял правильно. Дал в машину команду: «All stop!»

На немецком транспорте свидетелей циркового фокуса иванов тоже хватало. Так что через минуту фрицы тоже легли в дрейф.

Самые продаваемые

Старпом и рында

Наш старпом – Переверзиев Андрей Антоныч по кличке «Переверзец!», на вид сто тридцать килограмм, базовое выражение лица «мастино неополитано», заслуженный, подо льды ходил. Если б вы нашего старшего помощника командира, капитана второго ранга Переверзиева, хоть раз видели, вы бы этот момент бытия навсегда запомнили. У него, при общем росте метр девяносто пять сантиметров, в ладони полностью скрывается трехлитровая банка со спиртом, а в дужку двухпудовой гири только два передних пальца «влазиют».

(КОН: капитан второго ранга или кавторанг, или кап-два,- соответствует званию подполковника в сухопутных войсках и авиации. Кстати, в данном случае, старпом — старший помощник несуществующего командира,- т.е. на этом корабле царь и бог, и главный воинский начальник).

У нас рынду свистнули, представляете? На ней ещё выбито «К-193». Я, честно говоря, никогда не обращал на нее внимания – ну, висит и висит. (КОН: рында — судовой (корабельный) колокол).

А теперь про нее можно говорить: висела. Она в боевой рубке, кажется, висела. «Кажется», потому что на кой она мне. Рубка и рында – это заведование боцмана.

Между прочим, наш старпом как попкой чувствовал, две недели предупреждал боцмана: убрать рынду. И боцман её убирал. Как только на корабль приходят эти уроды с ПРЗ – в смысле, матросики с плавремзавода – так боцман, стиснув зубы, поминая царя Давида и всю кротость его, как любит выражаться старпом, снимает рынду, а в ней не меньше сорока кило, и тащит её к старпому в каюту.

Только они с корабля, он берет рынду и опять водружает её на место.

Вы, конечно, спросите: почему нельзя её оставить под кроватью у старпома на какое-то время.

Правильно! Молодцы! Нельзя! Потому что мы служим на подводной лодке в военно-морском флоте России. Вот если б мы в Танзании служили, то было бы можно. А у нас – нельзя. Поэтому боцман каждое утро тащит её на себе.

А вот сегодня её, эта. сы-пыздели. Не успел боцман. Так и остался с открытым ртом и с разведенными руками. Эти пеэрзешники нас до белого каления доведут. Со старпомом сейчас же случилась истерика.

– КАК. – сказал он боцману. – КТО.

И боцман поделился с ним своими подозрениями.

А старпом с ним поделился своими:

– Вот и поручай чего-то важное в этой жизни долбоебам! Если амнезия, так на всю рожу! Почему в России детей делают коленом?! А?!

– Смерти моей хотите? В гроб меня хотите вогнать? Вам приятно будет видеть, как я там лежу? Не надейтесь! Я и оттуда вас всех достану!

– Вы все в сапогах должны ходить. В кирзовых. И в ватниках! Вы в них сто лет назад ходили, сейчас ходите и ещё сто лет ходить будите. Потому что недостойны никакого развития! Волы ваши мамы и папы! Нация! Две проблемы у них: «Дураки и дороги». Одна у вас проблема! Одна! Ид-ди-о-оты! А жрать вы будете мусор! Я что сказал? Я сказал караулить! Бдить! «Андрей Антоныч»! Вы бдили? Да? Как? Каким местом? Где эти пеэрзешники? Да я сейчас их всех утоплю в ведре помойном. Вирусы! Дети распада! Где их начальник? Он у меня будет жрать конину! А я при нем совершу прелюбодеяние!

И вот их начальник уже стоит перед нашим старпомом. Но начальник – лейтенант, в очках, «отвезти-привезти». Старпом на него только посмотрел и сказал: «Мда!» – потом он добавил слово: «Блядь!» – но оно ничего не решило.

Решение пришло в голову нашему старпому, как всегда, со стороны.

– Так! Старший! А есть среди твоих орлов самый авторитетный годок?

«Годок» – это матрос, которому до увольнения в запас ерунда осталась. (Это я так, вдруг среди нас домохозяйки).

Читать еще:  Уход за внешностью ксеноморфа - 2

– Есть! Матрос Богданов.

Через минуту перед старпомом стоял верзила Богданов. Но рядом с нашим старпомом тот верзила выглядел как пудель возле сенбернара.

Старпом взял его за плечо и повернул к себе в каюту. Там он усадил его напротив и вручил сушку.

– Ешь, Богданов! Это теперь твой завтрак, обед и ужин. Когда ДМБ? К ноябрьским? Вот! Не уволишься ты к ноябрьским. И к декабрьским ты не уволишься. И к январским. Ты теперь здесь будешь жить, Богданов. У меня. Так что располагайся. Ссать ты будешь в бутылку, срать ты вообще не будешь.

Старпом продержал Богданова до вечера. Вечером он принес в каюту цепь, чтоб приковать Богданова на ночь.

И Богданов не выдержал. Старпома нашего редко кто долго выдерживает. На лету все дохнут.

Богданов позвонил по телефону на свое драгоценное ПРЗ и с кем-то долго и очень резко разговаривал.

Через полчаса на пирсе стояла рында – «К-193».

  • Подпишитесь на рассылку последних новостей
    с этого сайта

    Старпом. Юмористическая история о потерянной шапке

    В дремоту центрального поста свистнула пуля. Это старпом наш заскочил.

    Эдуард, а где моя шапка?

    Мою тонкую душевную организацию откровенно обижают такие вопросы. Тем более я уже целый старший лейтенант, сдал все зачёты, сходил в автономку и стал незаменимым специалистом, то есть в подводной иерархии «равный среди равных». Поэтому я картинно обижаюсь:

    Сей Саныч, да гребу я где ваша шапка? Я ж по подводной лодке дежурный, а не по вашей шапке.

    Я конечно знаю, где его шапка. Мало того, — я прямо сейчас её вижу. Она на затылке у него, а он её потерял и теперь не знает как ему до штаба дойти. У военных же как: без трусов идти можно по улице, а без шапки — ни при каких условиях. Вот хоть бы бомбы атомные падают, но ты всё равно должен бежать в шапке, на ходу отдавая всем честь. Потому, что как без шапки честь отдать можно? Я себе не представляю, а вы?

    Старпом у нас умничка, конечно. Подводной лодкой управляет в надводном и подводном положении, знает наизусть МППСС и ещё восемьсот пятьдесят документов, необходимых для управления кораблём, но вот, например, машину научиться водить так и не может. Да. И шапка. Он всё время её теряет.

    Андрюха! — кричит старпом в открытую дверь штурманской рубки.

    Выглядывает штурман Андрюха.

    Ты шапку мою не видел?
    Нет,- говорит Андрюха, — не видел Сей Саныч.

    Да, у нас любили издеваться друг над другом не взирая на ранги и оттачивали это искусство на любом подвернувшемся под руку предмете. Старпом почесал за ухом. Миллиметр! Миллиметр, которого не хватило его пальцу до шапки, отделял нас с Андрюхой от званий «педерасты». Но пронесло.

    Эд, — а дай-ка мне свою шапку, я в ней сбегаю!

    Ссылаться на корабельный устав, который запрещает мне находится без шапки, пока я дежурный по кораблю бесполезно, любимую поговорку старпома, когда кто-то ссылается на вышестоящее начальство, я знаю: «У командира (комдива, комфлота, министра обороны, господа бога), конечно, хуй толще, но мой-то ближе» , поэтому выдаю железную отмазку:

    Сей Саныч, ну у вас же сорок восьмой размер шапки, а у меня шестьдесят второй, — она же до плеч вам будет. Или вы, как принцесса в карете, в ней поедете до штаба?

    Старпом у нас маленький и худенький. Прям вот игрушечный. Но, при этом, абсолютно комфортно чувствует себя в этом размере и шутить по этому поводу с ним можно не опасаясь. А энергии, как у голубого кита, прям непонятно чем она там у него вырабатывается в таком крошечном организме. Слушаются старпома все абсолютно, даже командир иногда. Но так как он умный и своевольный, то в штабах его не любят и пытаются вечно загнобить.

    Блять, как в штаб-то сходить? — грустит старпом. В штаб идти ему явно не хочется, а тут ещё и шапка пропала, как назло.

    В центральный входит командир:

    Серёга, ты же в штаб, вроде, собирался?
    Да вот, шапку где-то свою потерял.

    Командир смотрит на старпома, смотрит на его шапку, смотри на меня. Я краснею, как вестфальская девственница и опускаю глаза в пол.

    Да вот твоя шапка, Серёга! — говорит командир и хлопает старпома по затылку, как бы одевая шапку, — у меня была!

    Старпом смотрит на свою шапочку и на жбан командира (семьдесят четвёртый размер):

    А зачем она вам?
    Серёга, ты любознательный, как младенец прямо. Пиздуй уже в свой штаб, мне комдив эрегированный три раза уже звонил, изъявляя желание немедленно тебя поиметь, так что беги, пока он без тебя не кончил.

    Старпом убегает, стуча копытами по трапу над штурманской рубкой. Из рубки выплывает улыбка штурмана.

    Ну что, нашёл Саныч свою шапку?

    Штурман видит командира и понимает, что зря он улыбаетмся настолько широко. Командир смотрит на него, смотрит на меня:

    Ну пидорасы же, — вздыхает, — натуральные. Что с вас взять?

    И уходит на соседний борт пить чай. Мы дремлем дальше.

    Ссылка на основную публикацию
    Статьи c упоминанием слов:
    Adblock
    detector