1 просмотров
Рейтинг статьи
1 звезда2 звезды3 звезды4 звезды5 звезд
Загрузка...

Про онанизм на подводных лодках: Краткая инструкция с картинками

Про онанизм на подводных лодках: Краткая инструкция с картинками

Так называют мотористов («двигателистов») – представителей одной из самых ответственных специальностей, как на военном, так и на гражданском судне («Большой русский словарь-справочник синонимов» Виталия Тришина).

Кто они

Согласно «Корабельному уставу ВМФ», машинист (моторист, «двигателист», «маслопуп», «трюмный») – это моряк из электромеханической боевой части подводной лодки (БЧ-5). По воспоминаниям одного из проходивших службу на российской подлодке офицеров (он служил недолго, после гражданского института), контингент БЧ-5 – «это «маслопупы», они там по колено в масле и воде, на них все трюмы, насосы и двигатели».

Как выражался этот моряк, «маслопуп» – служивый, который, если использовать тюремный жаргон, способен «метнуться», то есть максимально быстро среагировать на внезапно возникшую проблему для ее скорейшего разрешения.

Режим работы: вынужденный

По официальным данным сайта Минобороны РФ, военно-учетная специальность энергетика (электроэнергетика) машиниста-турбиниста подводной лодки требует от солдата-срочника наличия как минимум гражданского средне-специального профобразования. В основном будущий «маслопуп» должен «обеспечивать работу паро-(газо)турбинной установки, ее машин и механизмов и функционирование турбины».

То, что «на машинистах держится все» в АПЛ, ясно и из этого, в принципе скупого, общего описания их обязанностей в перечне Минобороны. Там прямо сказано, что режим работы таких специалистов вынужденный, служба монотонная, но зачастую требующая незамедлительной реакции. Движения трюмного ограничены, находиться по большей части приходится в турбинном отсеке. Количество информации, которую необходимо постоянно держать в голове, огромное. Устройство паро-(газо)турбинной установки и нюансы действий при нештатной ситуации «маслопуп» должен знать лучше, чем таблицу умножения. Специалист, служащий там – это не просто хороший техник, но и морально, физически выдержанный моряк, способный быстро и правильно реагировать в случае аварии.

Как вели себя трюмные при катастрофах

В истории советских (российских) подводных лодок нередко случались катастрофы с десятками жертв. И трюмные, как матросы, так и офицеры БЧ-5, в этих критических ситуациях вели себя геройски, часто ценой своих жизней спасая остальных членов экипажа субмарин.

Автор книги «Катастрофы под водой» Николай Мормуль приводил воспоминания штурмана АПЛ «Ленинский комсомол» («К-3») Олега Певцова. В сентябре 1967 года на этой подлодке произошел пожар, в результате которого погибли 39 человек. Для того чтобы всплыть в надводное положение после задымления, трюмному надо было осуществить продувку, «продуть среднюю». Трюмный открыл клапан не полностью, его ошибку пришлось исправлять командиру. Командир электротехнической группы БЧ-5 АПЛ «К-3» Валерий Сатрапинский, со слов автора очерка Юрия Бахарева «Триумф и трагедия АПЛ К-3», говорил, что при этой катастрофе большинство электриков в носовых отсеках погибло.

Трюмный машинист БЧ-5 атомной подлодки «Комсомолец» вахтенный Нодар Бухникашвили первым погиб в огне при катастрофе на этой АПЛ. Пытаясь устранить последствия аварии, пал смертью храбрых и техник группы дистанционного управления боевой части мичман Владимир Колотилин. Колотилин успел задраить свой отсек, локализовав огненную лавину. Командир БЧ-5 Валентин Бабенко и командир дивизиона движения боевой части Сергей Манякин тоже заплатили своими жизнями за спасение АПЛ и погибавших моряков.

. Это лишь немногие примеры героического поведения в условиях ЧП тех, кого на флоте иронически называют «маслопупами». На самом деле, в критической ситуации от этих «работников вынужденного режима» во многом зависит жизнь членов экипажа АПЛ.

kak_eto_sdelano

Как это сделано, как это работает, как это устроено

Самое познавательное сообщество Живого Журнала

Матрос подводной лодки анонимно рассказал о том, что такое поцелуй кувалды, зачем закусывать вино воблой и почему некоторым подводникам приходится годами драить туалет.

Я учился в Военно-морском училище им. Дзержинского, но это офицерский путь. А матросом на подлодку можно попасть и через военкомат: они направляют призывников в учебный центр, где полгода идёт подготовка. Каждой специальности соответствует своя боевая часть, вроде отделов в компании. Первая — штурманская, вторая — ракетная, третья — мино-торпедная, четвёртая — радиотехнических средств и связи, куда как раз попал я потом, и пятая — электромеханическая, самая большая.

Читать еще:  Как устроен бункер Третьего рейха

С первой по четвёртую части — это так называемый БЧ-люкс. Они ходят чистенькие и опрятные. А БЧ5 — это «маслопупы», они там по колено в масле и воде, на них все трюмы, насосы и двигатели. После учебки идёт распределение на базы. Сейчас подлодки базируются либо на Севере, в Западной Лице, Гаджиево, Видяево, либо на Камчатке, город Вилючинск. Ещё одна база есть на Дальнем Востоке — её в народе называют Большой Камень или Техас. В Балтийском и Чёрном море атомных подводных лодок нет — только дизельные, то есть не боевые. Я же попал на Северный флот, в Западную Лицу.

Когда подводная лодка выходит первый раз в море, все моряки должны пройти обряд посвящения. У меня был минимальный: в плафон из каюты налили забортной воды, которую надо выпить. Вкус у неё жутко вяжущий и горький. Неоднократно были случаи, когда людей сразу тошнило. Тогда же вручили свидетельство, нарисованное от руки, что я теперь подводник. Ну а на некоторых лодках к этому обряду добавляется «поцелуй кувалды»: её подвешивают к потолку и, когда судно качает, матрос должен изловчиться и её поцеловать. Смысл последнего обряда от меня ускользает, но спорить здесь не принято, и это первое правило, которое выучиваешь, входя на борт.

Почти что на каждой подводной лодке есть два экипажа. Когда один уходит в отпуск (а они положены после каждой автономки), заступает другой. Сначала идёт отработка задач: например, погрузиться и выйти на связь с другой подлодкой, глубоководное погружение на максимальную глубину, учебные стрельбы, в том числе по надводным кораблям, если все упражнения штабом приняты — то лодка уходит на боевую службу. Автономка длится по-разному: самая короткая — 50 суток, самая длинная — 90.

В большинстве случаев мы плавали подо льдами Северного полюса — так лодку не видно со спутника, а если лодка плавает в морях с чистой водой, её можно увидеть даже на глубине 100 метров. В нашу задачу входило патрулирование участка моря в полной готовности и применение, в случае нападения, оружия. Одна подлодка с 16 баллистическими ракетами на борту может стереть с лица Земли, например, Великобританию. На каждой из 16 ракет находится 10 автономных боеголовок. Один заряд равен примерно пяти-шести Хиросимам.

Можно посчитать, что мы ежедневно возили с собой 800 Хиросим. Было ли мне страшно? Не знаю, нас учили, что боятся те, по кому мы можем выстрелить. А так я не задумывался о смерти, вы же каждый день не ходите и не думаете о пресловутом кирпиче, который может упасть на голову? Вот и я старался не думать.

Экипаж подлодки круглосуточно несёт вахту в три смены по четыре часа. Каждая смена завтракает, обедает и ужинает отдельно, между собой практически не общаясь. Ну, кроме собраний и общих мероприятий — праздников, например, или соревнований. Из развлечений на лодке — турниры по шахматам и домино. Пробовали устраивать что-то спортивное вроде поднимания гири, отжимания от пола, но нам запретили из-за воздуха. Он в подлодке искусственный, с повышенным содержанием двуокиси углерода СО2, и физические нагрузки плохо влияли на сердце.

Ещё нам кино показывают. Когда не было всех этих планшетов и DVD-плееров, в общей комнате стоял плёночный кинопроектор. Крутили в основном что-то патриотическое или комедии. Вся эротика, конечно, была запрещена, но матросы выкручивались: нарезали самые откровенные моменты фильмов, где девушка раздевается, например, склеивали их в один и пускали по кругу.

Жить в замкнутом пространстве не так трудно, как кажется. Во многом потому, что ты всё время занят — восемь часов проводишь на вахте. Надо следить за показателями датчиков, пультом, делать записи — в общем, не отвлечёшься на посидеть и подумать о жизни. Каждый день примерно в 15:00 всех поднимают на «малую приборку». Все идут убирать какой-то участок. У кого-то это пульт управления, с которого надо смахнуть пыль, ну а у кого-то — гальюн (уборная для матросов в носовой части корабля. — Прим. ред.). Причём самое обидное — закреплённые за тобой участки не меняются всю службу, поэтому если уж начал драить туалет — драишь его до конца.

Читать еще:  Карманная книга солдата. Глава 1: Полевая выучка. Часть 1

Что мне нравилось в плавании — так это отсутствие морской болезни. Лодку шатало только в надводном положении. Правда, по правилам лодка обязана всплывать раз в сутки, чтобы провести сеанс радиосвязи. Если подо льдами — то ищут полынью. Выйти подышать, конечно, нельзя, хотя случаи бывали.

За день кок должен не только девять раз наготовить на ораву в 100 голодных матросов, но и для каждой смены накрыть столы, потом собрать посуду и перемыть её. Но, надо заметить, подводников кормят очень хорошо. На завтрак обычно творог, мёд, варенье (иногда из лепестков розы или грецких орехов). На обед или ужин обязательно красная икра и балык из осетровых рыб. Каждый день подводнику положено 100 граммов сухого красного вина, шоколадка и вобла. Просто в самом начале, ещё в советские времена, когда говорили о том, чем подводникам поднимать аппетит, комиссия разделилась: они голосовали за пиво, другие — за вино. Выиграли последние, но вобла, которая шла в паре с пивом, в пайке почему-то осталась.

Экипаж состоит из офицеров, мичманов и матросов. Главный всё равно командир, хотя внутренняя иерархия тоже существует. Офицеры, например, кроме командира, называют друг друга только по имени-отчеству, ну и требуют к себе соответствующего обращения. А вообще субординация как в армии: начальник отдаёт приказание — подчинённый его выполняет без комментариев.

Вместо дедовщины на флоте есть годковщина. Тех матросов, которые только пришли на флот, называют караси: они должны тихо сидеть в трюме и убирать воду и грязь. Следующая каста — подгодок — матрос, который отслужил два года, а самые крутые — годки — у них срок службы больше, чем 2,5 года. Если за столом сидят восемь человек, из которых, например, два годка, то еда делится пополам: одна половина — это их, а вторая — всех остальных. Ну могут ещё сгущёнку отобрать или за шилом послать сбегать. По сравнению с тем, что в армии происходит, здесь практически равенство и братство.

Устав — это библия, наше всё, считай. Правда, иногда до смешного доходит. Например, согласно ст. 33 Строевого устава российских военных сил, движение бегом начинается только по команде «бегом марш». И вот один раз замкомдива в море пошёл в гальюн, а там замок висит. Он в центральный пришёл и старпому приказывает: «Старпом, гальюн откройте». Старпом сидит спиной — не реагирует. Замкомдива не выдержал: «Старпом, принесите ключ бегом». А он продолжает сидеть как сидел. «Бегом, я Вам говорю! Вы что, не слышите меня? Бегом! Бл. Чего Вы ждёте?» Старпом закрыл устав, который он читал, кажется, всё свободное время, и говорит: «Я жду, товарищ капитан первого ранга, команду „марш“».

Командиры разные бывают, но все должны вызывать трепет. Священный. Ослушаться или перечить ему — получить выговор в личное дело как минимум. Самый колоритный начальник, который мне попадался, — капитан первого ранга Гапоненко. Было это в первый год службы. Только в Мотовский залив вышли, Гапоненко пропал из виду с флагманским киповцем (должность на лодке, слесарь КИПиА — Контрольно-измерительная аппаратура и автоматика) в своей каюте.

Дней пять пили не просыхая, на шестой день Гапоненко вдруг поднимается в центральный в куртке-канадке и валенках: «Давайте, говорит, всплывайте, покурим». Покурили. Он спустился вниз, осмотрелся: «Чем это вы тут занимаетесь, а?» Говорим, учебные маневры отрабатываем, вот надо скооперироваться с соседней лодкой, 685-й бортовой. Он вдруг сам пролез за пульт, взял микрофон и вышел в эфир. «685-й бортовой, я 681-й бортовой, прошу исполнить „слово“ (а слово на морском языке означает застопорить ход, остановиться)».

Читать еще:  Теракт в Сургуте: 7 людей ранено, нападавший с ножом убит

На другом конце провода раздалось какое-то мычание. А потом: «Я 685-й бортовой, исполнить „слово“ не могу. Приём». Гапоненко начал нервничать: «Приказываю исполнить „слово“ немедленно!» А в ответ ещё более настойчиво: «Повторяю вам, исполнить „слово“ не могу. Приём». Тогда он уже совсем озверел: «Я, б…, приказываю тебе, су…, исполнить „слово“ …! Немедленно, слышишь! Я капитан первого ранга Гапоненко! Ты придёшь в базу, су. я тебя, бл…, за жопу подвешу. »

Повисла смущённая тишина. Тут радист, полумёртвый от страха, бледнеет ещё сильнее и шепчет: «Товарищ капитан первого ранга, прошу прощения, я ошибся, нам нужен 683-й бортовой, а 685-й бортовой — это самолёт». Гапоненко пульт разбил, выдохнул: «Ну вы и мудаки тут все», — ушёл обратно в каюту и до всплытия больше не появлялся.

Жми на кнопку, чтобы подписаться на «Как это сделано»!

Если у вас есть производство или сервис, о котором вы хотите рассказать нашим читателям, пишите Аслану (shauey@yandex.ru) и мы сделаем самый лучший репортаж, который увидят не только читатели сообщества, но и сайта Как это сделано

Подписывайтесь также на наши группы в фейсбуке, вконтакте, одноклассниках и в гугл+плюс, где будут выкладываться самое интересное из сообщества, плюс материалы, которых нет здесь и видео о том, как устроены вещи в нашем мире.

Жми на иконку и подписывайся!

Подводная лодка — музей С189.

Эта лодка была вступила в строй 9 марта 1955 года и до 1990 года была на вооружении ВМФ. Для 1955-го года эта лодка была самым сложным техническим сооружением в мире.

0) Вид с набережной лейтенанта Шмидта.

4) Внутри очень тесно и узко.

5) Первое, что попалось на глаза — инструкция по пользованию гальюнным устройством. Помнится, Говард Воловитц в сериале «Теория большого взрыва» конструировал туалет для космической станции. Так вот, в подводной лодке гальюн тоже непростой 🙂

6) Перископ. Не путать с periskop.su -ом 🙂 В него можно было посмотреть — там видно храм на берегу. Покрутить ручечки было нельзя.

7) Барометр, кажется. Их там много везде.

8) Все усеяно-утыкано измерительными приборами и разными штурвалами.

10) Клапаны вентиляции.

11) Переходы между отсеками.

12) Сделал очередную гифку про то, как там пролазить. Хватаешься за железный поручень над люком и ногами вперед туда. Получается достаточно быстро.

13) Люк выдерживает приличное давление.

14) Тане тоже понравились люки. И лодка в целом. 🙂 Обратите внимание, как качественно проклепано вокруг люка.

17) Носовой торпедный отсек. Слева над торпедой на цепях подвешены койки для матросов. Вообще, спальные места для матросов там везде: в корме, в машинном отделении. Где есть хоть немного места — там и койка. Койки кстати ооочень короткие, может в 1955 году народ был пониже, но все равно, мне кажется, ноги не вытянешь как следует.

21) Полезные книжки.

22) Еще один перископ в надводной рубке (не знаю как она правильно называется).

23) Глубиномеры и датчик состояния машины (как его правильно обозвать-то?)

24) Таблица непотопляемости. Я в ней ничего не понимаю.

26) Вот еще один барометр попался.

27) На многих штурвалах и ручечках наклеены такие ярлыки.

28) Спасательный костюм.

29) Кормовой торпедный аппарат.

30) Этого бывшего подводника мы с Таней забросали вопросами об устройстве лодки. Он служил, правда, не на этой ПЛ, но все нам доходчиво рассказывал. Мы ему очень благодарны.

31) Понравился мне аварийный фонарь.

32) Дизель. Если лодка на поверхности, то она идет на дизеле, весьма шустро. А если под водой (глубоко) — то на аккумуляторах.

33) Управление камерами спуска.

37) Выбрались наверх.

38) Та самая надводная рубка, в которой есть дополнительный перископ.

Ссылка на основную публикацию
Статьи c упоминанием слов:
Adblock
detector