0 просмотров
Рейтинг статьи
1 звезда2 звезды3 звезды4 звезды5 звезд
Загрузка...

GSG 9: подразделение спецназа Федеральной полиции Германии

GSG 9: подразделение спецназа Федеральной полиции Германии

Узнайте, какие инструменты ВКонтакте помогут сохранить привычный ритм жизни, когда нужно оставаться дома.Посмотреть

GSG 9

Информация

Другое

Действия

Не ограничивайте себя во время самоизоляции!

Узнайте, какие инструменты ВКонтакте помогут сохранить привычный ритм жизни, когда нужно оставаться дома.Посмотреть

6 записей

Вооружение GSG9

Пистолет-пулемёт HK MP7 (Heckler & Koch)
Пистолет-пулемёт HK MP5 (Heckler & Koch)
Автомат HK 416 (Heckler & Koch) Показать полностью…
Автомат HK G36 (Heckler & Koch)
Пулемёт HK21 (Heckler & Koch)
Снайперская винтовка HK PSG1 (Heckler & Koch)
Снайперская винтовка DSR-1 (AMP Technical Services)
Автомат SIG 550 (Schweizerische Industrie Gesellschaft)
Автомат SIG Modell 551 — SWAT (SIG) (Kaliber 5,56 x 45 mm)
Автомат AUG A3 (Steyr-Mannlicher AG & Co KG)
Пистолет Walther P99 (Walther)
Пистолет Glock 17
Пистолет HK P7M13 (Heckler & Koch)
Пистолет Smith & Wesson Bodyguard (Kaliber.38 Spezial)
Пистолет HK USP (Heckler & Koch)
Ручной гранатомет HK-69 (Heckler & Koch)
Гранатомет Armbrust (Messerschmitt-Bolkow-Blohm)
Ружьё HK 502 12
Ружьё Remington 870 12/76
Ружьё Benelli M3 Super 90
Боевой нож Glock 78

КАК ПОПАСТЬ В GSG 9

Попасть в подразделение GSG 9 могут сотрудники немецкой полиции с опытом работы от 2-х лет. Они проходят 22-недельный курс обучения, который включает в себя 13 недель базовой подготовки и 9 недель повышения квалификации. Кроме медицинских тестов, есть еще и физические требования: бег на 5 километров за 23 минуты и прыжки на расстоянии не менее 4,75 метра.

«Волшебный огонь»

Первой операцией GSG 9, которая остается одной из самых известных, была Feuerzauber («Волшебный огонь»). Она была проведена в 1977 году, когда палестинские террористы угнали самолет авиакомпании Lufthansa Показать полностью… рейса Пальма де Майорка — Франкфурт, требуя, чтобы заключенные члены террористической группы «Немецкая фракция «Красная Армия» были освобождены. Тогда самолет облетел тогда несколько пунктов назначения по всему Ближнему Востоку. В течение этого времени капитан самолета компании Lufthansa был убит лидером террористов.

После четырехдневного «скитания» террористы взяли курс на Сомали, где они ждали освобождения членов «Красной армии» — немецкое правительство пообещало, что они будут отпущены. Самолет сел, и захватчики стали ждать выполнения требований.

Операцию было решено провести ночью: сомалийские рейнджеры отвлекли террористов, в то время как бойцы GSG в сопровождении двух оперативников британского подразделения SAS штурмовали самолет.

Штурм длился семь минут и был успешно завершен: все заложники были спасены, трое террористов погибли, а четвертый был тяжело ранен.

Спецназ из чёрного леса. Специальные войска Германии.

Так уж исторически сложилось, что специальные части немецкого бундесвера вполне могут претендовать на звание самого молодого спецназа армий НАТО. Если же быть точнее, то именно история Второй мировой войны виновата в том, что мысль о германском армейском спецназе очень долго пугала как денацифицированных политиков ФРГ, так и старших партнёров Германии по НАТО. Слишком недобрую память оставил о себе 800-й полк особого назначения «Бранденбург». При этом «бранденбуржцы» отметились не только в СССР (на что во времена холодной войны было принято смотреть сквозь пальцы), но и в Африке. Тем не менее и в Германии со временем появился спецназ.

Охотники на танки

Кое-что немцам всё-таки позволили довольно быстро. Так, в июле 1956 года было принято решение о создании в бундесвере воздушно-десантных частей. В результате на свет в числе прочих появилась Fallschirmjägerbrigade 25, в 1971 году переименованная в Luftlandebrigade 25.

Учитывая специфику военного планирования бундесвера, который всю холодную войну готовился «лечь костьми» под гусеницы советских танковых армад, 25-я воздушно-десантная бригада получилась фактически противотанковым подразделением. В её 251-м и 252-м батальонах из боевых рот только 2-я и 3-я были стрелковыми, а вот 4-я и 5-я носили характерное немецкое заковыристое название Luftlandepanzerabwehrkompanie — «воздушно-десантная противотанковая рота».

Читать еще:  Осторожно! Толпа! Правила поведения и безопасность в толпе

24 августа 1989 года 25-я воздушно-десантная бригада официально получила к своему именованию дополнение «Шварцвальд» (нем. «Чёрный лес»), по месту развёртывания. Это была хорошая новость, но были и другие. В СССР полным ходом шла перестройка, генсек Горбачёв убирал советские танки из Европы, и в новых условиях противотанковый десант оказался не очень-то и нужным.

Из противотанкистов в коммандос

Разумеется, в такой большой и достаточно инертной структуре, как армия, нельзя просто так взять и переделать одну специализированную часть в другую, полностью сменив её профиль. Командование бундесвера не собиралось устраивать революцию, но 5-е «тяжёлые» роты в трёх воздушно-десантных бригадах (25-я «Шварцвальд», 26-я «Саарланд», 27-я «Липпштадт») начали перестраиваться в роты коммандос. Их задачи были сформулированы следующим образом:

  • действия в тылу противника по целям оперативного значения: командные пункты, узлы связи и т.п.;
  • действия против мостов и других коммуникаций;
  • ведение разведки;
  • уничтожение комплексов ПВО и комплексов оружия массового поражения.

Уже после первых тренировок, проходивших совместно с британскими и американскими частями спецназначения, а также с «родной» GSG-9, функции будущих германских коммандос было решено расширить и в сторону задач антитеррора. В список добавились также эвакуация и вывоз граждан Германии из опасных регионов, освобождение заложников и борьба с терроризмом. Впрочем, пока это были скорее мечты, чем планы реального использования. В начале 90-х политики ФРГ ещё довольно болезненно реагировали на идеи использования немецких солдат за пределами страны, особенно в боевых операциях.

Тем не менее некоторые бойцы рот спецназа уже в 1993 году побывали в Сомали, обеспечивая охрану немецкой гуманитарной миссии. В отличие от американцев, солдаты бундесвера в Сомали действовали строго в рамках решения совета безопасности ООН и миротворческого мандата. Более того, стрелять на поражение они имели право лишь для отражения нападений. При этом даже такая деятельность вызвала запрос от оппозиции в Федеральный конституционный суд, который указал, что для подобной операции требуется обязательное одобрение бундестага.

Не было бы счастья…

В апреле 1994 года полыхавшая в африканской Руанде гражданская война неожиданно аукнулась в Германии. Девять сотрудников телерадиокомпании «Немецкая волна» (Deutsche Welle) и четверо членов их семей оказались блокированы на ретрансляционной станции в руандийской столице Кигали. Роты спецназа были приведены в боевую готовность, но германское руководство медлило, как по чисто политическим соображениям, так и опасаясь, что бундесвер или GSG9 не смогут провести операцию по спасению на должном уровне. В итоге, прежде чем громоздкий федеральный светофор дал «зелёный свет», на выручку к немцам прорвались коммандос, но это были… бельгийские десантники.

Вроде бы всё закончилось благополучно. Но, с одной стороны, подобная ситуация была сочтена не слишком престижной для Германии, которая не смогла самостоятельно выручить собственных граждан, с другой – было понятно, что в следующий раз бельгийцев или ещё кого-то поблизости может и не оказаться.

Уже в июле следующего года канцлер Гельмут Коль принял решение о создании в структуре бундесвера нового специального подразделения, получившего незамысловатое название Kommando Spezialkräfte, или, сокращённо, KSK. При этом первоначальный список задач будущего спецназа был заметно расширен. Кроме «спасения и эвакуации граждан Германии в особых ситуациях за рубежом», добавились «добыча важной информации в кризисных зонах», «охрана VIP-персон» и наконец «выполнение боевых задач на территории противника».

В сентябре 1996 года 25-я воздушно-десантная бригада «Шварцвальд» была расформирована, и её место занял будущий KSK. Большая часть личного состава была набрана как раз из тех самых рот коммандос, как уже получивших часть необходимой подготовки. Кроме них в состав KSK вошли бойцы ещё нескольких весьма интересных подразделений бундесвера: рот глубинной разведки Fernspähkompanie 100 и Fernspähkompanie 300, также расформированных в 1996 году в рамках реструктуризации бундесвера.

Читать еще:  Предновогодняя суета. Задача - выжить

Первыми инструкторами для KSK, разумеется, стали земляки из GSG-9. Затем последовали контакты (точнее, развитие и углубление уже имевшихся контактов) с британцами из SAS, израильской «Сайерет Маткаль» и тренировки на родине американского спецназа — учебном центре имени Джона Кеннеди в Форт-Брэгг.

Пока бойцы и командиры KSK приобретали нужные навыки, в бундестаге шли споры, нужен ли Германии армейский спецназ, и если «да», то в каком виде? Представители левых партий утверждали, что для инцидентов, подобных произошедшему в Руанде, вполне достаточно и уже имеющейся GSG-9. Их оппоненты возражали, что полицейский спецназ рассчитан на совсем другой тип операций — работу против небольших групп террористов, захвативших конкретный объект, — а не для действий на враждебной территории. Кроме того, серьёзной проблемой стала заведомая антиконституционность KSK: собирать заседание бундестага для одобрения каждой зарубежной миссии было бы просто нереально, даже не говоря о нарушении секретности.

Всё же разногласия были преодолены, или хотя бы притихли на время, и KSK получил свою «путёвку в жизнь».

Откуда у немца афганская грусть?

Участие в операции «Несокрушимая свобода» в 2001 году стало первым серьёзным боевым испытанием для германского спецназа. Впрочем, судя по имеющимся сведениям, первый блин у KSK вышел если не комом, то уж точно слегка сыроватым. Поначалу командование натовского спецназа не очень-то доверяло немцам, предпочитая ставить на ответственные и сложные задания ветеранов из США, Англии или Франции.

Но размах операций всё нарастал, и перебирать уже не приходилось — для немцев нашлось дело и при зачистке пещерного укрепрайона талибов Тора-Бора, и в ходе недоброй памяти операции «Анаконда». Правда, по итогам участия в «Анаконде» союзники упрекнули немцев в излишней мягкости. В частности, когда немецкий наблюдательный пост был обнаружен афганским пастухом, немцы свернулись и ушли с позиции, вместо того, чтобы тихо прикопать возникшую проблему под ближайшим кустом и продолжить выполнение задания.

Видимо, эти замечания в KSK приняли достаточно близко к сердцу, потому что в последующие годы германский спецназ стал у себя на родине центром нескольких скандалов. Одним из них стало расследование по делу Мурата Курназа — турка, родившегося в Бремене и имевшего немецкий вид на жительство. В 2001 году он был арестован в Пакистане и перевезён в Кандагар, а оттуда — в тюрьму на базе Гуантанамо, где содержался до 2007 года, хотя ни американские, ни германские спецслужбы не нашли каких-либо доказательств его причастности к террористической деятельности. По словам Курназа, в его допросах, кроме американцев, принимали участие и солдаты с нашивками в виде немецкого флага. После освобождения он опознал по фотографиям нескольких бойцов KSK, однако следствие по этому факту в итоге было прекращено.

Главным действующим лицом другого скандала стал бывший командир KSK Райнхард Гюнцель. Для немецкого офицера крайне правые взгляды, в общем, не помеха службе, но только пока он их не выражает публично. Гюнцель же решил немного поиграть в политику и тут же оказался в отставке, причём даже без стандартного благодарственного письма «за верную службу». Проводимые бывшим бригадным генералом параллели между нынешними KSK и упомянутым в начале статьи полком «Бранденбург», а уж тем более сравнения с войсками СС не вызвали восторженных чувств в Министерстве обороны Германии. Там резонно решили, что традиции — это хорошо, но некоторые детали прошлого всё же лучше лишний раз не трогать.

Хотя с момента создания Kommando Spezialkräfte прошло уже 20 лет, богатой историей это подразделение пока что похвастаться не может. Вряд ли дело только в секретности, традиционно скрывающей значительную часть работы спецназа. Будь в послужном списке KSK действительно громкие успехи вроде освобождения посольства с заложниками или штурма президентского дворца, об этом как-нибудь нашли бы способ раструбить на весь мир. Правда, нет пока у немецкого спецназа и оглушительных провалов вроде американского «Орлиного когтя». Что будет дальше — покажет время.

Читать еще:  Советский Fallout: как выглядели бы в СССР персонажи игры?

Спецподразделения мира. Часть 3. GSG-9 (Германия)

Смотря с какой стороны посмотреть.

Перед длинными выходными сходил пообедать с коллегой, которого давно не видел ну и как всегда хочу поделиться историей, которую он мне рассказал. Дальше от его лица:

Есть у меня друг, назовём его Ханс. Так вот этот Ханс вместо того что бы, как большинство школьников, поступать в наш родной элитный технический универ (TUM) и погрязнуть в долгах студенческого кредита и работать по ночам для денег на квартиру и студенческие взносы — решил пойти в военный университет на специальность Инженер. Смысл там такой, что ты учишься точно так же как и в простом универе, но при этом проходишь военную службу и получаешь диплом вместе со званием офицера. И вот этому Хансу так понравилось военное дело по молодости, что он закончив универ пошёл служить контрактиком в разные горячие точки и сделал дополнительно квалификацию немецкого спецназа, что бы уж совсем в Рэмбы заделаться. Побродил он так по восточной Европе, потом немножко по Африке ну и подустал от войнушек и адреналина, по этому решил он с помощью армии сделать спокойно докторскую степень и начать трудовые будни простого начальника офисного планктона в какой нибудь солидной фирме. Уж не знаю как и с какими связями но решил он стать сразу начальником производственной линии в одном относительно крупном концерне на севере Германии. Знания у него были, рекомендации и оценки тоже были хорошие да и ответственности он не боялся, по этому позвали его на собеседование. Но поскольку должность была высокая, то помимо простых HR-щиков там сидели ещё и товарищи из совета директоров и члены правления. И вот собеседование в сам разгаре, вопросы должны вогнать его в стресс, его заставляют решать выдуманные сложные ситуации — короче хотят вывести его из себя разными трюками, а он сидит себе спокойно и сконцентрировано и просто отвечает на их вопросы, как будто это не собеседование, а просто дружеская встреча или беседа. И вот наконец один из шишек прямо спрашивает:

— Уважаемый Ханс, вот мы всячески вас подвергаем стрессу, что бы оценить как бы вы с ним справились в реальной ситуации, где нужно быть компетентным и не давать волю эмоциям и панике. Но я вижу, что вы спокойны как скала. Что мы делаем не так? Вы что не подвержены стрессу?

— Уважаемые члены правления, при всём моём уважении к вашему опыту и стажу работы — ВЫ понятия не имеете ЧТО ТАКОЕ СТРЕСС. Как-то в Африке я должен был как инженер провести инструктаж местных вояк на тему обслуживания техники и средств связи. Так вот в самый разгар нашей встречи, по тому месту где мы сидели, начался обстрел от местных злодеев из РПГ и миномётов. И мне пришлось в срочном порядке придумать как нас всех незаметно и быстро эвакуировать. Снаружи дым, песок, ветер и ночь — ничего не видно — жара стоит такая, что пот просто ручьём, язык на плечах и глаза на выкате. Но я собрался, вспомнил карту местности и пути отхода. Вот тогда был стресс, а тут что ? Я сижу в тёплой и светлой комнате, пью ваш вкусный кофе и отвечаю на вопросы, ответы на которые я прекрасно знаю. Какой тут может быть стресс ?

Короче спустя месяц он уже руководил своим отделом производства и был на «ты» со многими членами правления, потому что он отлично понимает, что такое стресс, а что просто спокойный рабочий день.

Всем стальных нервов и спокойствия во всём.

Ссылка на основную публикацию
Статьи c упоминанием слов:
Adblock
detector