0 просмотров
Рейтинг статьи
1 звезда2 звезды3 звезды4 звезды5 звезд
Загрузка...

Новый системный кризис и история человечества. Часть 2

Два сценария мирового кризиса. Каким станет мир после пандемии коронавируса

Коллаж © LIFE. Фото © Getty Images

Футуролог Сергей Переслегин. Четырёхлетний кризис 2020 года глазами психоисторика — о двух сценариях развития мирового кризиса и последствиях новой чумы, а также о переходе общества и экономики в другой технологический уклад.

У коронавирусной истерии есть, по крайней мере, одна положительная сторона. Ещё вчера представления о скрытых психоисторических причинах, лежащих в основании наблюдаемых событий, причислялись к «теории заговора» и серьёзными людьми не рассматривались. Сегодня мы на собственном опыте убедились, что картина мира, которую нам рисуют медиа, не имеет точек соприкосновения с реальностью и объясняет происходящие события намного хуже, чем даже самая примитивная конспирология. Нет, конечно, даже среди экспертов остались те, кто всё ещё следует официальным версиям, но теперь это уже «край гауссианы»: в конце концов, были люди, которые и в апреле 1945 года верили в грядущую победу рейха. «С такими, конечно, дискутировать не приходится» (А. Алёхин).

Кратко сформулируем основные реперные факты. CoViD-19 является серьёзной эпидемией по типу тяжёлого гриппа с осложнениями на лёгкие. В этом смысле «тревога не учебная» — болезнь существует реально и от неё умирают. Но по степени своей опасности она не превышает гонконгского гриппа 1968–1969 годов и заметно отстаёт от испанки 1920 года.

Вирус CoViD-19 НЕ СОЗДАН искусственно. Тому есть две причины: во-первых, его летальность слишком мала для летального биологического оружия и слишком велика для нелетального. Во-вторых, CoViD-19, как и все вирусы данной группы, не обладает генетической устойчивостью. Он быстро мутирует, непредсказуемо меняя свои свойства, что делает его непригодным для применения. Кстати, именно по причине высокой изменчивости от этого вируса крайне трудно, если вообще возможно, сделать вакцину и придумать этиотропное лечение.

Эпидемия закончится, когда мы, как биологический вид, придём в равновесие с CoViD-19. Это означает, что переболеть придётся почти всем. Займёт это от нескольких месяцев до года. Так что к осени, надо полагать, коронавирус перестанет представлять какую-либо реальную опасность. У абсолютного большинства болезнь будет протекать бессимптомно, какой-то процент заболеет тяжело (смотрим показатели по тяжёлым гриппозным эпидемиям). Около миллиона умрут — в основном среди жителей слабообеспеченных медицинским оборудованием стран Азии и Африки.

Единственным реальным содержанием карантинных мер является замедление фронта нарастания эпидемии. Заболеет столько же человек, но не за десять дней, а за полтора-два месяца. Это действительно необходимо, потому что «оптимизированная» европейская система здравоохранения оказалась не в состоянии справиться с ростом числа заболевших. Многим странам не хватает не только аппаратов ИВЛ, но и врачей и койко-мест в больницах. Спасибо европейским эффективным менеджерам, прежде всего итальянским и испанским. Именно эти две страны «образцово провели реформу здравоохранения и значительно сократили ненужные затраты».

Человеческих жертв от борьбы с коронавирусом, по-видимому, будет больше, чем от самого коронавируса. Здесь я цитирую Дональда Трампа, который сказал, что США ждёт экономическая рецессия невиданного масштаба и «нас ждёт эпидемия самоубийств».

Материальные потери от коронавируса огромны. В масштабах мира они, вероятно, превзойдут уровень Великой депрессии 1929 года. В масштабах нашей страны они, возможно, будут сравнимы с катастрофой 1990-х годов. Полностью и необратимо будет нарушен режим глобализации. Де-факто уничтожен Евросоюз (заметим, при сохранении зоны евро, как и предсказывалось прогностиками ещё в середине 2010-х). Закрыты и забыты храмы и даже синагоги.

Говоря об эпидемии, мы должны различать вирус и информационный вирус. Придерживаемся ли мы конспирологических теорий или нет, но в целом понятно, что в истерии вокруг коронавируса кто-то заинтересован. Нынешняя эпидемия действительно решает ряд проблем.

Во-первых, на весну 2020 года приходится минимум основных экономических циклов, о чём уже два-три года предупреждали аналитики и экономисты. С учётом общей неблагоприятной экономической ситуации это могло (и должно было) привести к длительной всеобщей рецессии. Теперь вместо рецессии будет масштабная экономическая катастрофа, что, по мнению лиц, принимающих решения, значительно лучше. Почему? Депрессия развивалась бы медленно, в данном же случае маятник отброшен в настолько крайнее положение, что немедленно начнёт движение обратно. Так что кризис будет глубже, но и закончится быстрее.

Во-вторых, с середины 2010-х годов говорят о необходимости перейти к шестому технологическому укладу: робототехника, аддитивные производства, виртуальная и дополненная реальность и так далее. Но переход между экономическими укладами никогда не обходился без большой войны и вызванного этой войной перераспределения мировых активов. В данном случае элиты предпочли войне эпидемию, которая позволяет решить те же проблемы и к тому же более глобальна. Кроме того, шестой уклад предполагает дистантные формы человеческого взаимодействия и безлюдные производства.

В-третьих, реакция населения на карантинные меры как в России, так и на Западе показала, что демократические формы правления, права человека, концепция правового государства — всё это может быть отменено без неприемлемого риска через концепцию «необходимости обеспечения безопасности» и «сверхценности человеческой жизни».

Отдельным фактором является борьба между «старыми» и «новыми» финансовыми структурами. В шестом укладе классические банки теряют значимость, их место занимают крупные анонимные фонды. Более или менее ясно, что в условиях катастрофического кризиса банки столкнутся с проблемой массового невозврата кредитов. Многие банки в этих условиях разорятся, и их активы перейдут к фондам.

И последнее. Китай не только потерял 15% своего годового ВВП, но и столкнётся в ближайшей перспективе с рядом проблем: ограничением туристического потока из КНР, практически полным прекращением поездок в Китай, недоверием к китайским товарам, особенно же сетевого распространения. В торговой войне с США Китай близок к поражению, если только уже не проиграл. Пострадал и Европейский союз — возможный конкурент США в отношении того, кто займёт командные высоты в экономике шестого уклада. Рикошетом через падение цен на нефть зацепило и Россию. Так что если на уровне глобальных политико-экономических сил выигрывали фонды, то на уровне стран цивилизационный гандикап получат Соединённые Штаты.

Всё перечисленное выше довольно очевидно. Интерес представляет другой вопрос: каким будет мир, когда всё это закончится?

А кто вам сказал, что оно закончится?

Нет, понятно, эпидемия-то закончится и карантин придётся рано или поздно снять, но прежним мир не будет уже никогда. В первую очередь система тотального контроля и идеальной «цифровой» слежки создаётся не для того, чтобы быть размонтированной. Нужно иметь в виду, что вернуть ситуацию к докризисной, во-первых, невозможно, а во-вторых, довольно опасно для правящих кругов в странах ЕС и США. Кризис будет институционализирован и войдёт в хроническую фазу. Это будет продолжаться около четырёх лет.

Эта длительность связана с коротким (восьмидесятилетним) циклом, прекрасно прослеживающимся в американской истории. В этом цикле последовательно воспроизводится фаза неустойчивости (20 лет), четыре-пять лет острого кризиса, 15 лет реконструкции и затем 40 лет устойчивого развития. Острый кризис мог принять форму войны за независимость, гражданской войны, мировой войны… Последний цикл начался 11 сентября 2001 года. В 2016 году к власти пришёл умный, но совершенно невменяемый президент, как это и должно быть в период кризиса. С марта 2020 года примерно по 2024 год — острая фаза. Мировой войны нет, но функция её выполняется, даже Олимпиаду отменили, как это в подобных случаях принято. Так что эпидемия заменила для США внешнюю войну, которая в свою очередь заменила при Ф. Рузвельте потенциальную гражданскую. Но основная задача — трансформация социально-экономической системы — должна быть решена. Без жертв и насилия этого не сделаешь, поэтому США страдают от эпидемии и будут страдать даже больше, чем все остальные.

Понесённые американским народом жертвы отчасти окупятся уже в период реконструкции, но главным образом — в эпоху устойчивого развития. Так что около 2040 года в США начнётся почти вертикальный рост, индуктивно в эпоху роста вступят и другие страны.

Этот новый мир будет построен на виртуальности, «производстве шаговой доступности», дешёвых локальных источниках энергии (или, напротив, на беспроводной передаче энергии от немногих глобальных энергоблоков), возможно, на использовании ионосферной энергии — гроз. Но главное — он будет построен на жёсткой интеллектуальной сегрегации.

Работать будут очень и очень немногие, доли процента. Ещё несколько процентов будут думать, что они работают, занимаясь в действительности никому не нужной иллюзией деятельности. «Тридцать первый отдел» в мировом масштабе. Удел остальных — виртуальный мир и жизнь на пособие.

Понятно, что все демократические формы в мире домината будут ликвидированы, и сейчас мы присутствуем при начале процесса ликвидации пережитков либерально-демократической системы отношений. Таков позитивный сценарий.

Люди, кстати, будут жить неплохо, поскольку пособие обеспечит не только жильё и питание, но и развлечения. Так что «хлеба и зрелищ» будет достаточно, а после нескольких лет тяжёлого экономического кризиса наступит всеобщее счастье. Опыт коронавируса показал, что за свободу, право самостоятельно принимать решения, иметь собственную позицию и жить своей, а не навязанной жизнью люди цепляться не будут. Кстати, тем, для кого свобода действительно важна, её дадут. Их будет немного, и они никому не смогут помешать. Могут даже кооптироваться в элиту. Так что отнюдь не Оруэлл, скорее — Азимов с его «Галактической империей».

Читать еще:  Пистолет Steyr GB80 (Австрия)

Есть, однако, и негативный сценарий. Не знаю, он более вероятен, чем позитивный, или менее. В ходе всеобщего карантина физическая активность людей и их право перемещаться могут быть жёстко ограничены (разумеется, для их же блага). Для крупных приматов, к которым относятся люди, это сильный и постоянный стресс. Стресс приведёт сначала к истерикам, затем к неврозам и, наконец, к психозам. Ни нам, ни странам Запада, ни США не хватит психиатров, чтобы справиться с нарастающей проблемой. Эта проблема станет гораздо более острой, чем сейчас нехватка аппаратов ИВЛ.

Эта стадия проблемы крайне неприятна, но в действительности не очень опасна и серьёзного риска для будущей галактической империи не создаёт. К сожалению, есть и следующая стадия.

«Коронавирусный кризис» сопровождался невиданным до сих пор в человеческой истории информационным давлением на обывателя. В старое советское время образование давало какую-никакую картину мира, и это защищало психику от совсем уж выходящих за рамки логики информационных воздействий. Но современное образование медийно: учащиеся не учатся ни логике, ни математике. Их мышление никто не дисциплинирует. Современные люди балансируют на очень тонкой грани между потерей дисциплины мышления и утратой мышления вообще.

Речь идёт не о чём-то фигуральном. Человек, как разумное существо, постоянно находится на грани безумия. И вся система образования, все механизмы культуры настроены на то, чтобы сохранить способность различать разум и безумие. Но сейчас людям доказывают, что уничтожить мировую экономику, разрушить глобальное пространство, ликвидировать завоёванные человечеством свободы нужно во имя святой цели — борьбы с опасным гриппом, который назвали коронавирусом.

Мне кажется, следующей стадией после обратимых психозов станет необратимое безумие и потеря личности, то есть утрата людьми сознания. Между прочим, с точки зрения психологии, зомби — это не урод, пожирающий человеческие мозги. Это человек, утративший сознание, но сохранивший когнитивные инстинкты. То есть он может говорить, целенаправленно двигаться, стрелять. Может и красную кнопку нажать, чтобы посмотреть, что из этого получится.

«Зомби-апокалипсис» — это вовсе не толпы с остекленелыми глазами, атакующие супермаркеты. Это люди, которые утратили сознание, то есть различение разума и безумия. То, о чём я пишу, не имело аналогов в человеческой истории. Оно непредставимо. Может быть, такой сценарий и невозможен и включатся какие-то социальные, этнические, языковые или видовые механизмы, которые его остановят. Мне хотелось бы верить!

Крупнейший американский писатель-фантаст Нил Стивенсон в романе «Анафем» избегает говорить о том, что случилось в начале XXI века. Герои используют обтекаемое выражение «Ужасные События». Оба слова — с большой буквы.

Особенности и причины глобального системного кризиса

Наверно я слишком часто акцентирую внимание на различных вариантах развития глобального системного кризиса, который активно пытаются оседлать оба боевых крыла финансовой олигархии — леваки и либералы, ежечасно озвучивая свои мрии про несудебные массовые расправы по социальному, национальному и даже гендерному признаку.

Прошу простить за рефлексию, но очень не хочется очередной раз попадать в разряд врагов народа из-за своего некошерного и нехаляльного происхождения и узнавать от очередных революционеров, какие у меня неправильные родители и в каком неправильном месте я имел несчастье появиться на свет, а самое главное — сколько я лично теперь из-за всего этого им, революционерам, должен.

Однако вопрос «А вы то что предлагаете?» — звучит справедливо и вполне закономерно, несмотря на то, что вопрошающий имел ввиду очень узкое предложение — кого лично я предлагаю унасекомить и закатать в асфальт»

Вызов принимаю и еще раз попытаюсь озвучить своё видение оптимального будущего, которое не будет страдать системными болячками явно выкатывающегося из адеквата, настоящего.

Начну от печки, то есть еще раз про эти болячки, сиречь — системные проблемы, нерешаемые существующими инструментами в существующей экономической парадигме:

Первая — чисто экономическая, базовая проблема — ничем не обеспеченный кредитный ростовщический процент, который усугубляется ничем не контролируемой частной кредитной эмиссией и такой же частной прибылью, когда в формуле «деньги-товар-деньги штрих», этот штрих не покрыт никакой денежной массой, а сейчас ещё — не покрыт даже материальными активами.

Вторая — политическая, которая уютно надстраивается над первой — это тоталитаризм посредников, ничего материального не производящих, но зато очень активно потребляющих и ещё более активно присваивающих. К таким посредникам относится весь финансовый сектор, государство и выстраивающиеся к ним в затылок легион классовых собратьев из маркетинга, консалтинга, кеворкинга и заканчивая крупными торговыми сетевиками, которых производители товаров почему-то поминают исключительно нецензурно.

Тоталитаризм посредников, капиталом которым не являются ни заводы, ни поля, ни пароходы, но которые контролируют логистику, то есть дорогу от производителя к потребителю, позволил монополизировать не только экономические, но и политические отношения. В результате скрещивания непроизводственной монополии в экономике и политического капитала в социуме, появилась на свет уникальная элита, не привязанная ни к месту, как феодалы, ни к производству, как классические буржуа, но узурпировавшая как политическую власть первых, так и экономическую власть вторых.

Такая, ни за что не отвечающая элита с неопределенным местом жительства, не обременённая заботой о вверенном населении и о подмандатной территории, не могла не довести и таки довела всю мировую экономику до состояния, где перестают действовать привычные механизмы обеспечения жизнедеятельности целых континентов.

Картина маслом: Совокупный долг отдать невозможно — всей стоимости всех активов планеты на это уже недостаточно. Выравнивание уровня жизни под лидера также невозможно — Азию и Африку, потребляющую как Америка, обеспечить нынешняя мировая экономика не в состоянии. Тупик.

Агенты интернациональной правящей элиты (Фурсов называет её наднациональными структурами согласования) предлагают простой, как мычание коровы, выход из положения — сократить народонаселение планеты до такого количества, когда всем будет хватать. При этом фининтерн весьма творчески подошёл к этому предложению, разработав для каждой территории свою программу депопуляции.

Если для Запада палочкой — выручалочкой объявлена программа по контролю численности населения через однополые браки, движение чайлд-фри, а вот теперь еще и через «экологов», то населению России предлагается отправиться по испытанному маршруту и уменьшить население посредством новой революции с всенепременной новой гражданской войной, а также с очаровательными межнациональными конфликтами по всему периметру.

Возвращаясь к началу заметки, повторю — меня крайне пугает готовность части населения бывшего СССР действовать по указанному плану и замутить по месту жительства множество элегантных таких майданчиков с последующей войной всех против всех.

Противопоставить этой до сих пор такой вечно привлекательной идее «разрушить до основания, а затем. » можно взаимоотношения, которые абсолютно мирно и ненавязчиво прорастают на существующих, как на гумусе, и в конце концов (если докажут свою жизнеспособность) становятся доминирующими. Или не становятся, если расчёт неверен. Но в любом случае — условием возникновения и развития «чего-то нового» не должно быть обязательное предварительное разрушения до основания всего старого.

Именно эта уловка — «Пока не разрушим старое, не получится построить новое» — является главным популистским оружием наднациональных групп согласования. По этой логике, пока не была утоплена последняя каравелла, нельзя было строить пароходы, и пока не разрушен вдребезги и пополам последний пароход — никаким образом нельзя поставить на стапель корабль с двигателем внутреннего сгорания.

Однако вступительная часть затянулась. Извиняюсь. Пора приступить и к сути предложений. И начну я, пожалуй, с чего-нибудь яркого, всем близкого и понятного. С чего — нибудь воскресного. Например с пикника. С нормального такого пикника с шашлыком, пивом, рыбалкой и песнями у костра под гитару.

Один из нас взял на себя мясо и приправы из собственного фермерского хозяйства, другой — собственноручно сваренное пиво, третий — удочки, четвёртый — гитару. Мы собрались, хорошо провели время, пообщались, закусили и отдохнули, то есть удовлетворили сразу несколько потребностей. А теперь вопрос — какие налоги мы должны за это заплатить? У нас же весь пикник — это просто созвездие услуг — общепитовских, театральных, отдыха и развлечений. там даже услуги психологической помощи и социальной реабилитации найти можно.

Но ведь из песни слов не выкинешь — услуги есть, удовлетворение потребностей присутствует, а налогов нет. Отсутствует, кстати, и добавленная стоимость и прибыль, которые этими налогами облагаются. А ведь если бы мы пошли за шашлыком в ресторан другого нашего друга, заказали бы там под коньячок песню местного менестреля, всё было бы совсем по-другому. Тогда появились бы и прибыль, и НДС, и все сопутствующие этому всему налоги. Так в чем разница?

Разница в том, что в первом случае отсутствует сделка купли-продажи. Нет сделки — нет базы для налогообложения. Мы не нанимаем друг друга — нет договора найма и соответственно отсутствуют налоги на фонд оплаты труда. Дальше — больше. Нет сделки — нет места для банковского кредита. Мы не кредитуем друг друга внутри нашей компании. Соответственно нам не требуется и внешний кредит.

Я начал про налоги, как про самый яркий и понятный пример. Но суть прямого взаимодействия гораздо шире — нам внутри нашей компании не нужны вообще посредники. Никакие. Ни государственные, ни финансовые, ни консалтинго-маркетинговые. Паритетное сотрудничество на удивление самодостаточно. И в этому его главное достоинство и главный ужас для всех работников языком.

Внутри нашей дружеской компании мы экономим свои ресурсы не только на посредниках. Мы имеем замечательную работающую модель вполне плановой экономики.

Как ресторатору, мне приходится постоянно создавать избыточный запас продуктов ибо я даже не представляю, когда и кто захочет посетить моё заведение. Поэтому от 15 до 30% полуфабрикатов постоянно производится избыточно, с твёрдым пониманием, что они не будут проданы. А их стоимость включается в цену остальных изделий.

Читать еще:  Техногенные ЧС, отравление АХОВ и первая помощь

А когда мы собираемся с друзьями, я заранее знаю чего и сколько требуется заготовить и разброс между плановым и потребленным обычно составляет арифметическую погрешность. То есть я реально экономлю треть ресурсов во втором случае при таком же количестве белково-удовлетворённых.

А теперь экстраполируйте наши взаимоотношения на экономику в целом. Треть сэкономленного на ровном месте, это же сколько в рублях то? Хотя есть тут проблема — треть сэкономленных таким образом ресурсов — это минус треть ВВП и минус такое количество сомнительнозанятых дармоедов, что страшно себе представить.

Опережая некоторые возмущённые возгласы, сразу скажу, что в рамки такой системы сотрудничества и взаимодействия прекрасно вписываются и медицина, и охрана общественного порядка и социальная помощь и обороноспособность. Если будет на то ваше желание — про функции государства в рамках кооперации мы поговорим обстоятельно и отдельно.

На естественный вопрос «А существуют ли примеры реальной работы описанной модели?» — отвечу — да, имеются. Посмотрите на афтершоке и в самиздате «Как организовать свою жизнь самим»

Там не всё, но много. За кадром остались государство, о функциях которого, повторю, предлагаю пообщаться отдельно.

Ростки нового всегда прорастают через утоптанную почву старого. Каждый день мы наблюдаем пока еще хаотические всплески перехода на новые общественные отношения, основанные не на подчинении, а на сотрудничестве. Даже термин появился — юберизация населения -по имени пионера — частной сеть такси Uber из Сан-Франциско, близнецами которой в России можно считать Яндекс-такси, Бла-бла-кар и прочие). Начавшись в сфере предоставления услуг по частному извозу, система частной кооперации начала стремительно размножаться, захватывая всё новые сферы деятельности.

Суть этого процесса заключается в том, что производитель и потребитель услуг связываются напрямую, минуя и оставляя без пропитания огромную массу посредников, к которым относятся чиновники и кредитные учреждения. При этом видимый результат — удешевление услуг — скрывает другой, не менее важный — лишение кормовой базы огромной массы непроизводительных посредников. Ну и прямая связка производитель-потребитель без какого — либо намёка на подчинённость, являются новыми для всей привычной индустрии товаров и услуг.

Резюмирую цитатой из своей собственной июньской статьи:

Итак, чума ХХ-ХХI века – системный экономический кризис — лечится и предотвращается посредством налаживания простых, прямых, понятных и эффективных каналов взаимодействия между производителями и потребителями по всей производственной цепочке, которая должна закольцеваться и исключить в конце концов ненужные звенья финансовых и товарных посредников, роль которых в наше время с успехом смогут играть глобальные информационные сети и новые технические возможности по анализу и синтезу необходимой для эффективного товарообмена, информации.

Также как элементарный набор доступных приёмов, являющихся эффективной профилактикой инфекционных заболеваний, нам заново (как в эпоху Возрождения европейцам – мыться) придется учиться организовывать простое и эффективное взаимодействие (по-латински – кооперация)

Вместе проще, чем по-одному. Веселее, живее, выгоднее…

Например, шкаф передвинуть. Один – замучаешься, вместе – моментально. Или вот если молочка свежего захотелось. Нет, не такого, как в супермаркете. А вот настоящего, чтобы как в детстве… Это что ж, для этого, корову покупать? Кстати, а сколько стоит купить корову? А сено… А потом ещё …отходы жизнедеятельности тоже придётся как-то утилизировать…

А вот если на троих, а еще лучше на десятерых, то тогда не только корову, тогда на целый коровник замахнуться можно. И не только замахнуться, но и построить, содержать, и даже расширять, потому что в результате такой кооперации инвестиционных ресурсов у каждого участника движухи остается больше, чем в результате привычной коммерческой деятельности.

А всё потому, что кооперация – это вообще не коммерция. Это взаимовыручка и взаимодействие, основанное на взаимном уважении, когда отпадает необходимость продавать что-либо на коммерческом рынке. Это система, где напрочь отсутствует сама инфекция в виде ничем не обеспеченного ссудного процента, а вместе с ней — необходимость постоянной экспансии (рост цен и расширение рынка) в погоне за этим обеспечением.

Научимся взаимодействовать и кооперироваться, создавая эффективные, вертикально–интегрированные потребительские структуры, где потребитель заказывает и кредитует, производитель – производит и отгружает, а финансовые посредники, сиречь банкстеры – нервно курят в сторонке. Мировой системный кризис затухнет сам собой!

Не научимся – будем обречены на дальнейшее шаманство алхимиков из числа транскорпов, которые борятся с кризисом точно также, как средневековые лекари – с чумными эпидемиями.

Но я лично очень расчитываю на инстинкт самосохранения и благоразумие простых людей, не имеющих высокого градуса посвящения фининтерна, причём не только расчитываю, но и прилагаю все свои скромные усилия к практическому воплошению того, что описал и того, в чём вижу реальное спасение от чумы XXI века.

Новый системный кризис и история человечества. Часть 2

Теперь, когда мы имеем представление (см. предыдущую часть статьи) о кризисе падения Римской империи и кризисе «длинного XVI века», самое время рассказать о неолитической революции, самом масштабном, самом длительном и самом ужасном кризисе из всех тех кризисов, с которыми когда-либо сталкивалось человечество. Через него прошли почти все народы, населяющие Землю. Иное дело, что пережить его удалось далеко не всем.

Что было до кризиса? По сравнению со всеми остальными млекопитающими, включая других приматов и своего «двоюродного брата» неандертальца, человек современного типа имел мощный бонус. Менее продолжительную лактацию. У всех млекопитающих, будь то тигр, домашний кот, хомяк или слон, самка выкармливает детеныша, пока тот не увеличит свой вес в четыре раза по сравнению с тем, какой был при рождении. Применительно к человеку, это означало кормить младенца молоком до 6-7 летнего возраста, после чего он становится полноправным членом стаи и сам заботится о своем пропитании (и был фактически предоставлен самому себе). У неандертальцев примерно так оно и было, а вот у человека типа гомо сапиенс сапиенс эту функцию частично взяло на себя общество. Даже у самых отсталых племен грудное вскармливание детей длится максимум до 3-х лет. (Юноши и дяденьки, имеющие обыкновение трогать понравившихся девушек и тетенек за сиси – не в счет). Более старшие дети присматривают за младшими, и за всеми детьми присматривают старики. Таким образом, самка могла чаще рожать, а, кроме того, активнее участвовать в процессе добывания пищи. Археологические раскопки показали – по сравнению с гомо сапиенс, у неандертальцев было меньше детей и меньше стариков. Люди современного типа были гуманнее, то есть, человечнее. В свою очередь, бабушки-дедушки не только передавали молодому поколению накопленный опыт, но еще и выполняли логистические функции по контролю и распределению материальных запасов, а также функции некого аналитического центра. Таким образом, каждый человек был при деле.

Имея столь мощный бонус, человек быстро размножался, заполняя собой всю окружающую территорию. Рост населения шел в геометрической прогрессии, благо, пищи на всех хватало, да и человек был всеяден, мог питаться и мясом, и рыбой, и всякими съедобными корешками. В Африке человеку стало тесно, он заселил Евразию, Америку и Австралию с Океанией. Некоторое время человек современного типа соседствовал с неандертальцами и другими гоминидами. Мир того времени в этом плане вообще напоминал мир «Властелина колец». Беда подкралась незаметно. Люди даже не поняли, что же произошло. А произошло вот,что. Благодаря резко выросшей человеческой популяции Земля уже не могла кормить всех, как это было совсем недавно. Человек быстро уничтожил и съел крупные промысловые виды животных, как мамонты, бизоны и прочие, но это не решило, а только усугубило проблему. Тем более, что население «по инерции» какое-то время еще росло. Затем начался голод со всеми сопутствующими ему прелестями, включая каннибализм. Первыми вымерли неандертальцы. Они медленнее размножались и потому их было существенно меньше, кроме того, они были пручены к мясу и потому им пришлось труднее. Уже простое сокращение численности поставило этот вид на грань исчезновения. А, главное, несмотря на более крупный мозг, неандертальцы были куда в меньшей степени «общественными животными» и потому не смогли придумать ничего такого, что могло бы противостоять беде. Вот так вот.

Присваивающее и производящее хозяйства

Человек современного типа уничтожил продовольственные запасы, чего неандератлец пережить не смог. А вот хомо сапиенс придумал нечто такое, что предопределило ход развития на много тысячелетий вперед. Некоторые, наиболее «продвинутые» люди стали заниматься земледелием и одомашнивать животных. Это был поистине революционный скачок в развитии. Переход от присваивающего хозяйства к производящему. Человеку пришлось поменять свое отношение к природе и к самому себе, что было очень и очень непросто. Некоторые племена, например на острове Новая Гвинея и в пустыне Калахари, до сих пор занимаются присваивающим хозяйством. Так вот, белым миссионерам было крайне трудно, практически невозможно, объяснить туземцам, что семена лучше не есть сразу, а посадить в землю и вырастить, а, например, поросенка, откормить, и только потом пустить на мясо. На прочей территории, племена, не сумевшие приспособиться, просто вымерли, причем, вымирание шло очень быстро, в пределах одного-двух поколений. Кто-то отступал, как, например, айны, а кому-то и отступать было некуда. Данный кризис был «растянут» во времени, и все племена проходили его не «синхронно», но, масштабы его впечатляют. Вымирало до 90 процентов населения. В пределах одного поколения изобилие пищи сменялось ее практически полным исчезновением. Человек был молод, полон сил и по юношески самоуверен. Во время большой охоты люди убивали намного больше, чем могли съесть. Когда стадо мамонтов или диких быков загоняли в болото, люди уничтожали все стадо. Просто потому, что вовсю бил адреналин. По мере сокращения пищи, вырабатывался кодекс хотника и всевозможные «табу». Например, не убивать детенышей, беременых самок, самок с детенышами. Убивать животное только, чтобы съесть его без остатка. В наше время в некоторых племенах, убив животное, охотник долго извиняется перед его духом, мотивируя данное убийство крайней необходимостью. Но, это все были полумеры, не способные серьезно повлиять на ситуацию.

Читать еще:  Ручной противотанковый гранатомет 6Г1 РПГ-7 (СССР)

Требовался революционный скачок, и таким скачком стал переход к производящему хозяйству, то есть, земледелию и скотоводству. В плане технологии это был скачок вперед, один из самых мощных в истории человечества. Но, в плане общественного развития, в плане уровня и качества жизни человек на долгое время откатился назад. Динамичный процесс охоты сменился нудным и монотонным трудом земледельца. Пахота, перетирание зерен в муку, рытье оросительных каналов и тому подобное. Простой пример – рабочий день, если так можно выразиться, охотника из Новой Гвинеи составляет примерно 4 часа. Недаром у всех народов имеется миф про «Золотой век». Пищи было много. Свободного времени – тоже. Человек сколь угодно долго мог предаваться творчеству. Отсюда берут начало все эти пещерные наскальные рисунки. Когда Золотой век закончился, человеку стало не до искусства (что подтверждается археологическими раскопками). Даже выжившие теперь должны были тяжким, воистину каторжным трудом добывать себе кусок хлеба. Рацион изменился в худшую сторону. Например, древнеегипетский крестьянин питался, в основном, хлебом и луком. Финики считались лакомством, мясо – едой аристократов. В других регионах ситуация была не лучше. Постепенно еды стало больше, появилась некоторая стабильность, и кривая населения снова поползла вверх, но это была стабильность убогости, нищеты и тяжкого труда. Первобытный охотник и землепашец отличались друг от друга примерно так же, как отличаются друг от друга мастер спорта по борьбе и зашуганный дедами солдат-первогодка. Дальше орудия труда стали совершенствоваться, из людской массы выделилась аристократия, люди стали строить города, возникло государство. Но, всегда после большого кризиса какое-то время царит хаос. Это только у Карла Маркса, в теории, мир неуклонно, как асфальтоукладочный каток, движется вперед и вверх. В реальности развитие идет по принципу «пара шагов назад, несколько шагов вперед». То есть, после кризиса человечеству нужно еще какое-то время, чтобы прийти в себя и просто достигнуть прежнего уровня.

Кризис будущего

Теперь, что касается кризиса будущего. Как я уже говорил, он будет сочетать в себе черты своих предшественников. Фактически, несколько кризисов сольются в один. Почему я вообще решил, что должен наступить кризис? Да, из самой природы развития общества. Тенденция такова, что развитие включает в себя следующие фазы: кризис, появление чего-то нового, количественный и качественный рост, достижение некого пика, спад, кризис. В настоящее время во многих аспектах человечество миновало пик. Например, по части потребления. В США и нескольких высокоразвитых странах потребление достигло своего пика. Но, дальше оно уже не растет. Средний класс (который демонстрировали в качестве опоры буржуазного потребительского общества) размывается. Кто-то поднимается к богатым, кто-то сползает в бедность. Богатые становятся еще богаче, бедные становятся еще беднее. И это в высокоразвитых странах. В слаборазвитых странах картинка куда печальнее, чем на процветающем Западе. Какие-нибудь Сомали с Индией никогда не достигнут такого уровня потребления, как, допустим, в Швеции. В мире около двух миллиардов людей живут вообще в трущобах. Это люди, у которых вообще нет каких-либо перспектив. А теперь представьте, что эта людская масса хлынет на пока еще относительно сытый Запад. В самом ближайшем будущем Запад окажется перед лицом необходимости введения жестких миграционных ограничений, впоть до сооружения чего-то, вроде Великой Китайской стены.

Теперь посмотрим на ситуацию с позиции смены экономических формаций. Капитализм долгое время преподавался как некая идеальная, самарегулирующая система, лучше которой ничего нет и быть не может. В пример приводился крах совдеповской коммунистической системы. Вот, дескать, победил сильнейший. Но, капитализм не вечен. Точно так же, как не были вечными ни феодализм, ни рабовладельческий строй, ни родо-племенное общество, несмотря на все их прелести – демократию, рыцарские турниры во славу прекрасных дам, грандиозные дворцы с фонтанами, советы мудрых и благородных старцев, пекущихся о благе всего племени. Все, как говорится, проехали. Капитализм, как система, уже почти полностью изжил себя. Капитализм живет и развивается тогда, когда может вовлекать в сферу своего влияния все новые территории. Так оно и происходило. Азия, Африка, Америка, в 90-е годы – Восточная Европа и постсоветское пространство. И все. Теперь таковых территорий уже почти не осталось. Разве, что, Антарктида и северная часть Сибири. Какие там климатические условия, все представляют. Капитализм хорош тогда, когда имеется изобилие ресурсов. Сейчас ресурсы Земли истощаются, точно так же, как и заканчиваются деньги на руках у потребителей.

Экономические кризисы тому подтверждение. Зачастую экономические кризисы именуют кризисами перепроизводства, но это не совсем верное определение. Совдеповские экономисты любили приводить их в пример, вот, дескать, при капитализме анархия и некоторых товаров производится больше, чем нужно. В реальности это не товаров произведено больше, это люди по причене собственной бедности не могут их купить, а главное – людям просто негде заработать.

Уходящий капитализм

Капитализм по-прежнему привлекателен для людей, особенно в бедных странах Азии, Африки, и некоторых слаборазвитых странах Европы, но он уже почти полностью отжил свой век. Он заманивает людей, семьи, и даже целые страны рабочими местами, дешевой едой, дешевыми шмотками, и, якобы, высокими стандартами жизни, подобно тому, как старенький педофил, старательно изображая из себя этакого доброго дядечку, заманивает детишек конфетами, жвачками, возможностью поиграть в компьютерные игры, а кого-то просто возможностью нормально пожрать и посидеть в теплой хате, но все эти телодвижения только ради того, чтобы чуточку позже всласть попользоваться тугой детской попкой.

Капитализма уже почти нет, остались только отдельные его пережитки. На сцене истории его сменил совершенно иной общественно-политический строй, имя которому – олигархат. Простой пример. Попробуйте открыть где-то у себя «на районе» новую торговую точку. Допустим, by WD» href=»#23338149″> торговать овощами или шмотками, собственноручно сшитыми/связанными вашей мамой. В числе первых к вам подойдут местный участковый, представитель санстанции, да еще налоговик, чтобы поинтересоваться, какого фига вы тут делаете.

При капитализме, если у вас качественный и конкурентоспособный товар, к вам бы выстроилась очередь из покупателей, но сейчас – уже не капитализм. Нынешний капитализм напоминает старенького дедугана, доживающего свой век в приюте для престарелых или приживалом у более молодых и богатых родственников. Ему просто нечего предложить молодым и глупым странам, поскольку, за душой у него ничего нет. Он может только обещать. Все, что когда-то было – уже проедено, пропито, прогуляно по молодости лет с гулящими тетями, а также перешло в руки к олигархату, как к самому наглому из молодых родственников. Недавние примеры – Грузия, а потом и Украина ломанулись в сторону Запада, преисполненные желанием в дальнейшем жить так же, как живут сейчас какие-нибудь Бельгия с Ирландией. И что? А ничего. Кроме повышения тарифов на комунальные услуги и потребительских цен, а также новой войны, собирающей новые жертвы, якобы, ради будущего процветания и добавляющей пациентов для клиник, занимающихся протезированием конечностей, Украина ничего не получила. За исключением небольшой группы лиц, поставленных Западом управлять страной. Разумеется, в своих же интересах.

А в мировом масштабе? Посмотрите на структуру собственности и вы убедитесь, что большая часть национального богатства находится в руках у людей, составляющих меньше, чем один процент населения. По-сути, несколько тысяч семей управляют всей человеческой цивилизацией.

Что же в итоге?

Итак, на смену капитализму грядет новый строй, может, это будет Олигархат или что-то, наподобие Коммунизма (как в Северной Корее или в СССР сталинских времен), или что-то еще, например, некое, теократическое общество, жестко регламентирующее все сферы человеческой жизни. А, может, нечто такое, что в данный момент мы не можем даже себе представить.

Тем более, имеются все основания полагать, что одной лишь сменой общественной формации дело не обойдется. Как я уже говорил, ресурсы Земли истощаются. Еще одно двухкратное увеличение населения обеспечит масштабный голод. И те, кто «наверху», прекрасно это понимают. Население Земли пытаются «скорректоровать». Как «мягкими», «щадящими» методами, такими, как пропаганда гомосексуальных связей или насаждение определенных молодежных субкультур, так и «жесткими», такими, как войны. Кстати, война, помимо всего прочего, еще и прекрасная возможность приучить (мотивировать, заставить) людей потреблять меньше. Цены резко растут (даже за тысячу километров от линии фронта), политики призывают «потерпеть во имя грядущих поколений»…

Научно-технический прогресс из технического приобретает все более информационный характер. Некоторые признаки указывают на то, что происходит «расчеловечивание» человека. Резко выросло количество насилия на экране. Качество тоже выросло, теперь все жесткие сцены показывают крупным планом. Научную фантастику вытеснило фэнтези. Человека приучают к мысли, что наш мир управляется извне.

Цикл, началом которого являлось появление человека современного типа, похоже, подходит к концу. Впереди неминуемый откат в своего рода «темные века». Вопрос только в том, как скоро это произойдет и насколько затянется. Непонятно также, насколько упадет численность человеческой популяции. А затем человек предстанет на Земле уже в несколько иной ипостаси. Вероятно, человек нового типа будет отличаться от нынешнего примерно так же, как современный человек от человека эпохи неолита.

Ссылка на основную публикацию
Статьи c упоминанием слов:

Adblock
detector